Запорожские казаки, кто они?

Казаки Запорожья жили на рубеже, на который накатывались волны мусульман с юга и востока, а с запада — католиков. Несмотря на большие потери в людях в стычках, боях и походах, казачье товарищество, скрепленное обетом безбрачия, не ослабевало, а с каждым годом крепло и увеличивалось. Если в начале XVI века в рядах запорожцев было 3—5 тысяч человек, то в XVIII веке только в Сечи было 10 тысяч, а с обитателями паланок, зимовников и слобод число людей приближалось к 100 000.

В Запорожскую Сечь и на земли, ей принадлежащие, шли все новые и новые добровольцы из числа украинцев, белорусов, русских. Отцы приводили в Сечь сыновей. Всех сплачивала православная вера в борьбе за выживание в том безжалостном мире. Особенно привечали запорожцы православных сирот, приходящих в Сечь, или приводили и привозили их из походов. Называли таких сирот сыновцами. Привозили запорожцы в Сечь и малолетних «инородцев», приглянувшихся им в дальней стороне. Их крестили и воспитывали в православном воинском духе, называя чуром или джуром (род казацкого юнги). Принимали к себе казаки и всякого взрослого воина, если он сам приходил в Сечь, не расспрашивая его о его прошлом. Условием принятия было православие и чтобы прибывший был без семьи.

Но прибытие человека в Сечь и его принятие вовсе не означало, что он автоматически становился казаком. Для этого нужно было пройти полный курс воинской выучки, который продолжался до 7 лет, в том числе в боевых походах, на заставах и редутах, в полевых разъездах и в дозорах.

Новенького определяли в курень, где ему отводили место. Часто фамилию ему меняли на новую или давали казачью кличку, которая подчеркивала особенности его характера или поведения.

Так шляхтич Скальковский, родившийся в Литве в Новгородском воеводстве, прибыв в Сечь, стал Иваном Ляхом. Ивана Пересунько за его молчаливость казаки прозвали Журбою (разговорчивым), а когда он «проглядел, как поляки добычу казачью отняли», его переименовали в Ивана Прислипу (Слепого).

В Запорожской Сечи можно было встретить всякие народности — украинцев, русских, поляков, литовцев, болгар, молдаван, татар, турок; даже немцы, французы, итальянцы, испанцы и англичане попадались и даже евреи встречались, хотя к евреям казаки теплых чувств не питали никогда. Но были и исключения — «казак Василий Перехрист родился от евреина Айзика в местечке Чигирине… отгол с добровольного его желания в Сечь привезен… где в церкви сичевой окрещен и к присяге приведен».

Что касается испанцев, французов и других европейцев, то они прибывали с казаками в Сечь сами, добровольно. Дело в том, что запорожцы нанимались на службу не только к полякам, литовцам и русским, но бывали они волонтерами и в Европе, где слава их как воинов была хорошо известна. Их охотно и настойчиво вербовали в наемники страны Европы для участия в войнах, в борьбе с пиратами. Даже Ватикан использовал казаков в противостоянии с мусульманским миром. Французский кардинал Мазарини привлек запорожцев в Тридцатилетней войне к борьбе с испанцами, захватившими северное побережье Франции. В октябре 1645 года 2400 запорожцев погрузились в Гданьске на корабли и прибыли в пролив Па-де-Кале. В рядах армии Конде они взяли штурмом ряд крепостей, в том числе и Дюнкерк, который до этого в течении 5 недель без успеха штурмовали французские войска.

Казаки запорожцы стали особо любимым воинским подразделением «великого Конде», его ударной силой. Как видно, и Конде понравился казакам, раз они после взятия Дюнкерка в числе 1000 человек остались еще на 2 года в рядах мушкетеров и участвовали в боях.

Смотрите также

Закладка Постоянная ссылка.

Комментарии закрыты