Корни уральского казачества

Старшинство Уральского казачьего войска установлено с 9 июля 1591 года. Войсковой праздник был установлен 8 ноября, в день Святого Архангела Божия Михаила, тезоименины которого издавна отмечались уральскими казаками как свой праздник.

Войсковой круг собирался ежегодно 8 ноября.

Войсковое управление располагалось в городе Уральске.

Старшинство Уральского казачьего войска с 1591 года не означает их появления на Яике, а есть дата первого упоминания их на государевой службе. На реке Яик казаки появились гораздо раньше, вначале эпизодически, в ходе походов на Волгу и море Хвольшское, после набегов на Персию и грабежей купцов в море, уходя от преследования. В отдельные годы казаки, наверное, зимовали там.

На постоянное место жительства на Яике казаки осели не сразу. Точной даты установить невозможно, но есть интересные факты из казачьих преданий.

Уральские казаки во время праздничных пиров обязательно пили тост за «бабушку Гугниху» — как свою дальнюю первоосновательницу рода уральских казаков. Рассказывают, что отец казака Меркульева, живший 100 лет и умерший в 1711 году, слышал в молодости от своей столетней бабки, что она, будучи молодой 20-летней казачкой, знала одну очень старую татарку по имени Гугниха. Эта Гугниха ей рассказывала, что во время нашествия Тамерлана на Поле в 1395 году донской казак Василий Гугня ушел с Дона с 30 казаками-товарищами и поселился на Яике, в то время необитаемой реке, положив основание Яицкому войску. Гугниха была женой Василия Гугни.

На Дону была станица Гугнинская между станицами Филипповской и Нижне-Курмоярской (в перечне 1768 года).

Заслуживающий доверия казачий генерал-майор Ригельман Александр Иванович (1720—1789) — инженер, топограф, военный инженер строитель крепостей, в своей книге «История о донских казаках» пишет; «Казаки, ушедшие с Дона для промыслов своих с атаманом Василием Гугниным, и целое войско набрали себе. Чаятельно что оные с Дону, из станицы Гугнинской вышли. Сие заставляет думать название
оной, которое либо от станичного городка того прозвище себе получила или городок оный, по нему, Гугнине, проименовавшись, остался».

По другим историческим источникам, упоминается, что Василий Гугнин ушел на Яик с Волги в те же годы, что и Ермак и другие атаманы. Но до нас дошли сведения, что значительные по силе казачьи отряды ушли с Волги на Яик в 1577 году Это были отряды «воровских», вольных казаков под началом атаманов Нечая и Богдана Барбоши, которые после разфома ка-заками ногаев отказались пойти на государеву службу в новые города-крепости на Волге и, теснимые правительственными войсками, предпочли вольную жизнь, разойдясь с Волги на Дон, Урал, Терек, Яик.

Вместе с Нечаем и Барбошей на Яик ушли ватаги волжских атаманов Якуни Павлова, Якбулата Чембу- латова, Никиты Уса, Первуши Зея, Ивана Дуды. Василия Гугнина в этом списке нет. Так что скорее верна версия первая, о том, что Гугнин ушел на Яик гораздо раньше. С Дона.

Вольные волжские казаки не сразу осели на Яике. Прошло время, пока они выбрали место для поселения. Край был богатый — многоводная река, обильная рыбой: осетрами, белугой, севрюгой, стерлядью… Поемные луга и островки покрывались ежегодно густой сочной травой; в зарослях камыша, особенно вблизи морского побережья, скрывались выдры, бобры, кабаны; из пернатых налетали сюда дикие гуси, лебеди, птица-баба, не считая уток.

По сказаниям, первые поселенцы построили себе городок там, где речка Рубежная впадает в Яик.
По-прежнему удаль и жажда наживы увлекали казаков «на промыслы» — на море, на берега персидские и на ближних соседей — ногаев, с которыми у них были давние счеты, в том числе и за казненных в Москве по приказу русского царя их казаков-товарищей Ивана Юрьева и Митю Бритоусова и атамана Мещеряка и его товарищей в Самаре, повешенных на глазах ногайских послов (как гарантия мира Руси с ногаями).

Дорого оплатили ногаи казацкие головы. Ногаи не знали, где и как укрыть в степи от казаков свой скот, коней, жен и домашнюю рухлядь. Не было им покоя ни днем, ни ночью, ни летом, ни зимой. Русские стрельцы, посланные для защиты ногаев из Самары и других крепостей, не могли охранить все ногайские улусы. Наконец, казачьи набеги сделались невыносимыми настолько, что ногаи собрались в большое войско и осадрши Яицкий городок. Несколько дней ходили ногаи на приступ. Сохранилось сказание, что в последние дни осады казаки заряжали свои деревянные пушки скотскими костями. Взят ли был ногаями городок или нет, про то неизвестно, но только казаки его покинули. И заложили новый городок, выше по течению Яика, на Чаган-реке.

Сохранилось предание-легенда о том, что благословил их на закладку нового городка на Чаган-реке благолепный старец, встретившийся им на реке Яике, но предупредил их о том, что место это хоть и удобно для поселения, но «только ведайте, чады, на том месте будут у вас турусы, мятежи, брани кровавые и всякие сумятицы; одно время появится меж вами такой на- беглый царь… Вот из-за него много крови прольется, много горечи вы примете. Атам, со временем, все замолкнет и вы узрите спокой». И ответили ему казаки: «Нам и прежде говорили — на крови-де Яик зачался, на крови-де и кончится. Ты только благослови нас.отче!» — «Бог вас благословит!» — сказал старец, осенил их крестом и поплыл путем-дорогой.
Спохватились казаки, догнали старца уж в море; «Прости нас, отче, давя не спросили тебя, кто ты такой? Поведай нам». — «Алексий, митрополит», — ответил старец. В этот же миг от воды поднялось густое облако, скрывшее и лодку, и святителя. Когда облако рассеялось, то ни лодки ни старца уже не было. (Алексий — митрополит, соратник и современник Сергия Радонежского.)

Поставили казаки новый город, который стал нам известен как Кош-Яицкий городок.

Историки утверждают, что было это в 1580 году, и заложена новая казачья крепость-столица выше ногайского Сарайчика (располагавшегося выше современного Гурьева в 50 км), который казаки предварительно «повоевали и разгромили», оттеснив ногаев с Яика.

В 1586 году войско ногаев подошло к Яицкому городку, выбрав момент, когда в нем оставалось 400 казаков, остальные ушли в поход.

Однако ногаи не смогли взять крепость штурмом и осадили ее, а казаки не стали долго в ней отсиживаться. В конном порядке вышли они за стены и, разделившись на шесть отрядов, атаковали ногайский лагерь. Уцелевшие ногаи бежали в степь.

Укрепившись на Яике, казаки не оторвались от России и при случае служили ей своей «острой саблей да пикой», о чем нам сообщают летописи.

9 июля 1591 года по Указу царя Федора Иоанновича воеводам боярину Пушкину и князю Ивану Сицкому приказано: «На непослушника своего татарского князя Шевкальского послать на семь лет с Терека рать свою, а для службы велел государь Яицким и Волжским атаманам и казакам идти в Астрахань к стану., всех казаков собрать для Шевкальской службы: волжских — 1000 человек да яицких — 500 человек».
Речь идет о подавлении бунта ратью с Терека, и для посылки казаков 1500 человек гарнизонами в землю Шевкальскую (Дагестан).

Служба службой, а остальные казаки дома тоже не сидели и выбирались «в море синее, рыбку половить».

Смотрите также

Закладка Постоянная ссылка.

Комментарии закрыты